Eight of the throat. Сatenary





URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:40 

Страхи станут реальностью. Да, в это я, пожалуй, поверю больше, чем в то, что ты меня не бросишь. Во второе я не поверю никогда - лишь надеяться. То ли боль, то ли... боль.

Я уже говорила, что хочу жить в затворничестве? А про психушку на Южном шоссе? Я проезжала там сотню раз. И не видела.

20:58 

Так и не попало на школьный конкурс. Да, Эйт не любит такие милости

Хадвиджис.
Так получается, что, повзрослев, люди становятся обычными, в самом буквальном значении этого слова. Они живут монотонно, являясь лишь составляющей, единицей серой толпы на безумных улицах города их высоких зданий и бесконечных дорог. Работа, дом, сон, снова работа... В жалкой суетности люди не успевали полюбоваться даже рассветом, растеряв то духовное и бесконечное, что есть и будет, пожалуй, в каждом ребенке. Это история о человеке, который не умеет мечтать.
В одно, из тысячи таких же, утро, он изнеможенно и лениво распахнул глаза цвета глубочайших в мире синих озер, над которыми в ранний час покоится полупрозрачной пеленой туман. Однако живого блика счастья в них не было уже давно. Мужчина крепко зажмурился, словно это поможет ему прогнать озорные лучи яркого солнца из своей пустой и бездушной обители, напоминающей старую заброшенную библиотеку в маленьком безлюдном городке. К едкому запаху книг Ридс уже привык, ему даже нравилась атмосфера его полупустой квартиры. Подобных ему людей называют книжными червями, называют со странным презрением и ухмылкой. Как и каждое утро, Ридс встал, умылся, оделся во что-то, напоминающее старые лохмотья. Как и каждое утро, он сделал чай с лимоном и выпил остывшим, заглянув пустым взглядом в календарь. По четвергам мужчина посещал книжный магазин в городе Нижнего Яруса. И хотя за окном был двадцать второй век, квартира, да и взгляды Ридса были крайне старомодны для того времени. Люди продвинулись слишком далеко в создании новейших технологий, и это будущее было мужчине не по вкусу, ведь в мире, в многоярусном Рэнэви, больше нет места для обычных книг. Единственная и самая большая библиотека была на Восьмом, самом последнем ярусе Рэнэви, и чтобы туда попасть, у Ридса попросту не было средств. Он проживал на Втором Ярусе и спускался на Первый, где мир казался уютным и старым... Где были нелегальные книжные магазины и низкие полуразрушенные временем здания, довольно милые домики. Там жили бедняки, жили тихо и умиротворенно, словно отделившись от цивилизации. Ридс любил Нижний Ярус. Даже немного завидовал жителям этого местечка. Ведь чем выше поднимешься, тем больше и четче увидишь прогресс человечества во всех сферах жизни и общества. И где-то там, наверху, осталась мечта нашего героя. Да, он определенно любил Нижний Ярус. Наверное, именно в этом плане Ридс был консервативен. Ему было всего лишь двадцать шесть лет. И работал он на дому, журналистом в одном из тысяч дешевеньких издательств в Сети. Ридс жил в затворничестве, и его это вполне устраивало. Однако хуже было только одно. Он просыпался каждое утро без мечты.
Ридс бродил по книжному магазину, изредка останавливаясь и листая книги, которые еще не читал. Этот магазин не имел названия, и поэтому вскоре он стал «Безымянным». Здесь все было до боли привычно, настолько знакомо, что мужчина, казалось, знал, какая книга находилась не на своем законном месте. Затворничество делает из нас отличных наблюдателей. Тишину заведения нарушило чье-то бормотание, издававшееся из зала чтения. Надо же, подумал Ридс, заинтересованно глядя в сторону места, где находился сам источник шума, это что-то новое. Тишина царила в «Безымянном» всегда! Любопытство щекотливо прошлось мурашками по рукам Ридса, и тот неуверенно зашагал, направляясь в зал чтения. Каково же было его удивление, когда он застал девочку семи лет, которая недовольно бормоча, изучала книгу, сидя за столом. Мужчина подошел ближе, немного боязливо глядя на круглое светлое личико девочки, скрывшееся за прядями густых черных волос.
- Вы шумны, юная леди, - улыбаясь, заметил Ридс и прочитал название книги, которая удостоилась внимания девочки. – Стало быть, увлекаетесь политикой? Формы правления Ярусами Рэнэви... Рановато для такой маленькой девочки.
Хадвиджис – так звали юную леди, которая пристально наблюдала за каждым движением Ридса своими глубокими серыми глазами, неуклюже держа книгу в руках. В ответ та лишь улыбнулась мужчине, встала и указала на стопку больших книг политического содержания, посмеиваясь и прикрывая ладошкой рот.
- Когда я вырасту, я стану рейном! Я буду править Рэнэви! – радостно сказала девочка, разглядывая внешность Ридса внимательнее и протягивая руку. – Я Хадвиджис. А тебя как зовут?
- С немецкого твое имя означает «воительница», - сказал мужчина, растерянно пожимая руку новой знакомой. Об именах он читал еще давно, эта книга наверняка исчезла среди сотни других у него дома.
- Ты не спросишь у меня, почему я говорю с незнакомцами? Взрослые всегда так делают. – Хадвиджис стояла неподвижно и с интересом смотрела на мужчину.
- Я не задаю глупых вопросов, а вот твоя мечта очень странная. Ты ведь ничего не понимаешь в политике. Ты ребенок, который хочет стать правителем всего Рэнэви.
- Но ведь кто-то же станет рейном, верно?
- Твои шансы очень малы, глупая Хадвиджис. Тебе нужно читать сказки и прилежно учиться, как это делают все.
- Как тебя зовут? – девочка была крайне недовольна. – Я хочу знать твое имя.
- Ридс. Мое имя Ридс.
- Скажи, у тебя есть мечта, Ридс? – Хадвиджис хотела знать, каков внутренний мир этого человека. Хотела непременно знать все о том, кто хотел разучить ее мечтать, задав всего один единственный вопрос. Девочка улыбалась, наблюдая за мужчиной, который замер, опустившись на стул, и подолгу смотрел на стопку книг на столе.
Нет, у него нет мечты... В ту минуту он был опустошен и подавлен, словно последний фонарь, освещавший улицу его жизни, погас. В малышке Хадвиджис он видел себя в ребячестве, умеющего мечтать. Да, он больше всего на свете хотел попасть, увидеть хотя бы краем глаза библиотеку Восьмого Яруса, где мог бы прочесть сотни книг и рукописей! Яро и отчаянно мечтал. Ридс говорил всем о своем самом заветном желании, но когда-то ему сказали, что это самая глупая и бессмысленная мечта, какую только можно придумать. Бедняге внушили, что эта утопическая мысль должна исчезнуть. И вот сейчас он сидит в книжном магазине, на Нижнем Ярусе. И не умеет мечтать. Бесцельно живет изо дня в день. Как бесконечно печально и тоскливо осознавать это только сейчас...
- Нет... Нет, Хадвиджис, у меня нет мечты.
- Неправда. У всех она есть. Просто взрослые всегда прячут свои мечты. – Девочка весело глядела на Ридса озорными глазками, все еще тепло улыбаясь. – Я прочитаю эти книжки и буду еще ближе к своей цели! Я буду помогать людям и делать все, чтобы моя мечта сбылась. Она ведь не воплотится в жизнь просто так! – она поднесла белоснежную руку к своей груди. – Я верю! И непременно прочитаю эти книги.
- Твоей веры мало, Хадвиджис. Нужно, чтобы и другие верили.
Ридс вмиг понял, что хочет, безумно сильно хочет работать библиотекарем в библиотеке Восьмого Яруса Рэнэви. Это желание, казалось, теплом разливалось по его жилам. Да. Он непременно должен туда попасть. Его отвлекла та маленькая девочка в белом платье, которая, не отрываясь, глядела на Ридса, словно прочитав каждую мысль мужчины. Хадвиджис взяла со стола тяжелую книгу, которую изучала до этого и вручила ее Ридсу:
- Но ведь один уже поверил.

22:04 

Я досмотрела skins. И вот действительно нет слов. Ахеренно. Черт возьми, ахеренно!

21:02 

перед смертью я бы сожгла все дневники, сломала ноутбук и ушла бы из дома в аптеку. наверное предсмертные записки и прочее.. это банально. я бы позвонила тебе. и купила бы таблетки

20:08 

Карин, на твой день рождения я хочу подарить небольшой нож, красивый.. Пишу сюда с целью облегчить что ли душу, ведь мне не с кем поделиться и посоветоваться. И уж тем более, что ты сюда не заглядываешь. Может, это глупый подарок? Да и кто разрешит его прислать? Оружие ведь, верно? Я долго думала и, как видишь, додумалась до забавной совы из красного куба. Но пройдя мимо витрины с ножами, и охотничьими в том числе, я поняла, что подарю именно это, понравится тебе или нет. И, клянусь, он будет защищать тебя, пока меня нет рядом. Пусть он даже будет пылиться на полке или в забытом местечке твоей комнаты.

21:34 

Моя осень безнадежна.
Моя осень только для меня.
Никого.

Моя осень бесконечна.
Моя осень спит и видит сны о тебе.
Сны о тебе.

20:45 

В последнее время фраза "я чертова лесбиянка" превратилась в "я няшная лесбиянка"
да

20:06 

Рисовать граффити впервые - это охеренно и это адреналин. Особенно когда любимому человеку. Однако, моя тупость испортила довольно милый подарок

19:23 

считай до восьми

12345678
12345678
12345678
12345678
12345678
12345678

14:13 

ЯНЕРЕВУНЮЯНЕРЕВНУЮЯНЕРЕВНУЮЯНЕРЕВНУЮ

ЯХОЧУНАКОНЦЕРТVANILLASKYХОЧУХОЧУХОЧУ

21:48 

Это трудно назвать ревностью. Завистью. Это что-то иное, вовсе не колкое/тяжелое. Иногда правда кажется, только кажется, что я - ничтожно маленький круг ее общения в одном лице. Она меня называла бесконечностью, но это не так. Грани меня любят. Я, в какой-то степени, сама запираю себя в, быть может, большом, но отнюдь не бесконечном пространстве. А вообще-то, это чушь, и я запуталась. Знать, что с тобой кто-то другой, чужак не из нашего мира - это странно. Нащупать реальность не так просто. Слишком темно, когда много думаешь. Я давно читала один рассказ. Кажется, "Каникулы", или что-то в этом роде. Там три человека были единственными в мире. Все люди исчезли. В итоге им стало плохо в одиночестве. А мы? Нам, думаю, было бы хорошо. Хотя, люди - крайне интересное существо. Может, я бы сожалела, что их нет
Я не умею развивать мысль.

18:13 

Ненавижу сплетни и грязь, которой поливают за спиной. Фу. Я это уже проходила, наивно полагая, что больше не повторится. Ох, сдохнуть

22:06 

Когда-нибудь пробовали курить? Начать, затянуться. А потом курить, курить, курить, курить, курить! Пока легкие не станут оттенком серого. Пока не превращусь в пепельную скульптуру якобы человека - с пустыми глазами. С пустым "внутри". Со сгоревшей жизнью в форме сигареты, почти окурка в синих руках. Что станет миром тогда? Кто знает. Не считая бешеной дрожи в осеннем городе, словно магнит, притягивающий ветра, все будет хорошо. Выдыхая дым полумедленно вместе с остатками себя, он создает вокруг меня крепость из белых струй тумана, создающих сеть, оболочку стандартного "все нормально". Говорят, курят, чтобы затупить чувства. Говорят, существуют гудящие города. А еще, говорят, это стоны и вой зданий, улиц. Что это вспышки солнца, его биение отдаются вот так по асфальту. Такие звуковые волны запросто разрушают и защиту из дыма, и человека из пепла. Ветер слабее тем, что не обращает внимание на такие силуэты курильщиков. Ему хочется порезвиться и поиграть с опавшими листьями. Зачем я начал курить? Да, впрочем, какая разница? Важнее, что я бы переехал в район гудящего города.

21:44 

Все люди знают это число и используют для описания чего-то непостижимо огромного. Однако бесконечность — не такое простое понятие, как кажется на первый взгляд.

1. Согласно правилам бесконечности, существует бесконечное число как чётных, так и нечётных чисел. Тем не менее, нечетных чисел будет ровно половина от общего количества чисел.

2. Бесконечность плюс единица равняется бесконечность, если отнять единицу — получаем бесконечность, сложив две бесконечности получим бесконечность, бесконечность, поделённая на два, равняется бесконечности, если вычесть бесконечность из бесконечности, то результат не вполне ясен, а вот бесконечность, поделённая на бесконечность, скорее всего, равняется единице.

3. Учёные определили, что в известной нам части Вселенной существует 1080 субатомных частиц — это та часть, которую исследовали. Многие учёные уверены, что Вселенная бесконечная, а учёные, которые скептически относятся к бесконечности Вселенной, в данном вопросе всё-таки допускают такую вероятность.

4. Если Вселенная бесконечна, то с математической точки зрения получается, что где-то находится точная копия нашей планеты, поскольку существует вероятность, что атомы «двойника» занимают такое же положение, как и на нашей планете. Шансы, что такой вариант существует, ничтожно малы, но в бесконечной Вселенной это не только возможно, но и обязательно должно произойти, и, по меньшей мере, бесконечное число раз, при условии, что Вселенная все-таки бесконечно бесконечна.

5. Однако не все уверены, что Вселенная бесконечна. Израильский математик, профессор Дорон Зельбергер, убеждён, что числа не могут увеличиваться бесконечно, и существует такое огромное число, что если прибавить к нему единицу, получится ноль. Тем не менее, это число и его значение лежат далеко за пределами человеческого понимания, и вероятно, это число никогда не будет найдено и доказано. Это убеждение является главным принципом математической философии, известной как «Ультрабесконечность».

19:04 

Я тут думала, как отпраздновать день рождения. Погода, черт возьми, дерьмовая, выходить куда-то не особо хочется. разве что ребята устроят мне мега-праздник, чтоб Восемь расплакалась т.т Но вряд ли я нормально повеселюсь со сраным контролем родителей.
В общем, тут у нас Оля перешла в другую школу. И, в общем, всем похуй. Мне даже стремно делать вид, что мне жаль.

Ну, пока я смотрю спанч боба, все отлично, урурр

21:41 

«8 минут до…»

Холодный воздух сотрясало адское гудение ночного города. Выкуривая последнюю сигарету из пачки, он подумал, что именно страх перед этой атмосферой заставляет его чувствовать себя живым. По телу пробежали мурашки, как от поглаживающей тебя лезвия стали, внезапно появившегося за твоей спиной в темном переулке. Генри называл это инстинктом.

8 минут

Инстинктом самосохранения, или его «единения с миром», называйте как хотите и все равно не ошибётесь. Генри почувствовал, что у него есть 8 минут. Но 8 минут до чего? Что произойдет через 8 минут? Человек, по своей природе пессимист, и Генри начал готовиться к худшему. Он зашел в комнату, закрыл за собой балкон и сел за стол. Достал ручку и чистый лист бумаги. Настроение было предзавещательным. Это настроение, которое возникает перед написанием завещания. В какой-то момент Генри растерялся, и даже на мгновение почувствовал «французский синдром», настолько ему показалось непривычным все вокруг: книжные полки, голые стены, убитые комары, навечно ставшие частью потолка. Что ему было завещать? Никакого наследства – никаких наследников. Самое ценное – коллекция музыки, которую каждый может скачать из интернета, сборник фильмов, которые можно просмотреть он-лайн. Генри запутался в двух мыслях «кому?» и «что?» так же быстро, как люди теряются в трёх соснах. Для собственного успокоения, он достал из стола новую пачку крепких сигарет и закурил её, обжигая огнём пальцы.
Дым мягко стелился по бумаге, в которую был завёрнут табак, плавно скользил до фильтра и поднимался в воздух. Движение дыма завораживало Генри, и на мгновение его даже покинула тревога. Он скомкал чистый лист бумаги, выбросил его в урну и достал новый.

7 минут

«Что я успел сделать»

Генри вывел каждую букву посредине листа, а они все равно расползлись по строчке мягким тестом. Он в хронологической последовательности начал записывать все достижения.
«Я умею писать»
«Я умею читать»
«Я окончил школу»
«Я поступил в университет»
«Я окончил университет»
«Я устроился на бесперспективную работу и зарабатываю себе на жилье и еду без излишеств»
«Я прожигаю свою жизнь в бездействии»
«Я посмотрел тысячи фильмов и потратил своё время»
«Я прослушал тысячи песен и не создал даже обычную мелодию»
«Я прочёл сотни книг, и не написал ни одной»
«Я знаю, кто я такой, но не знаю людей вокруг»
Генри отвлекся и заметил, что его «достижения» становятся все более и более пессимистичными.
Он перестал писать, и стряхнул ствол пепла в пепельницу. Конец сигареты был практически у кончика его носа, Генри уже ощущал жар от тлеющей бумаги и табака.
Оглянув свой первый вариант списка, он перевернул бумагу и написал посредине листа:

6 минут

«Чего я не успел сделать»

Этот список было составлять намного легче, видимо в человеке всегда есть резерв невыполненных планов и желаний, амбиций и стремлений, которые, к сожалению, так и остаются резервом, о котором мечтаешь перед сном и в долгом пути. Генри писал долго, прервавшись лишь один раз, чтобы потушить сигарету, раздавив её фильтром об пепельницу. Когда лист закончился, он остановился и взглянул на свою работу.
- Черт возьми.
Его голос прозвучал в тишине как смертельное удушье богатой жизни.
- Если я столько всего ещё хочу сделать – я совсем не хочу умирать.

5 минут

Генри охватил страх перед неизбежным. Он чувствовал, как времени становится все меньше и меньше, осталось около пяти минут, а потом произойдет нечто плохое. Нечто неосязаемое, немыслимое, непредвиденное, неожиданное. Поезд страха начал движение в его сердце и отправился по рельсам вниз, к желудку.
К горлу подступил комок, такой же вязкий как мокрый песок, как цемент. Длинные пальцы начали трястись и каждый удар сердца, словно удар по рельсам невидимого поезда, отзывался в голове неугасающим эхом, становясь сплошным адским гудением.
«Адское гудение ночного города…»

4 минуты

Сравнение с адским гудением ночного города напомнило Генри о примитивных удовольствиях, связанных с ночным временем суток. Обжигающий горло алкоголь, клубы дыма от сигарет и приятная тяжесть внизу живота от красивой девушки. Волнение, сравнимое со страхом, когда вы остаётесь наедине, в компании всё тех же сигарет и алкоголя, и устраиваетесь удобнее. Дежурные фразы, сказанные в пустоту, ведь оба знают – к чему всё это ведёт.
Генри достал ещё одну сигарету, плеснул в кухонный стакан портвейну и захотел секса.
В сознании родилась мысль, что именно контролирование животных инстинктов делает homo sapiens – человеком. Следом в сознании родилась мысль, что контроль собственных же эмоций и желаний – лицемерие и ложь. Потерявшись в большом количестве неписаных истин, Генри пришёл к …

3 минуты

… равнодушию. За 3 минуты, что остались у него, он успеет скурить только одну сигарету, не успеет напиться и уж точно не успеет найти женщину. Остаётся лишь контроль собственных эмоций и гордое звание «ЧЕЛОВЕК», что Генри и записал на обратной стороне листа, где был перечень его «достижений». Браво, можно гордиться собой, складывать руки на груди и спокойно дожидаться завершения пьесы. Пьесы, под названием «Недо-жизнь человека Генри», при участии Тома Стоппарда и всех Шекспиров вместе взятых.
Портвейн опустился к желудку, обогнав поезд страха, застрявшего между рёбер, и наступило…

2 минуты

… спокойствие. Алкогольное тепло распространилось по его телу, руки расслабились. Он не был пьяным, но приблизился к чувству минутной умиротворенности, как морской берег перед началом прилива и если закрыть глаза, он уже мог видеть звёзды и целые галактики, которые перед его взглядом замирали и позволяли рассмотреть себя. Опустошение заменилось порядком, угнетённое состояние – покоем, а беспорядок в голове – скованными одной цепью мыслями и планами. Планами, что рисковали сейчас упасть в пучину неизвестного, но уже совсем близкого будущего. Генри откинулся на стуле: в одной руке он держал стакан с портвейном, другой вырисовывал ручкой знак бесконечности «8» на той стороне листа, где были все те вещи, которые он не успел сделать. Так Генри стал…

1 минута

… счастлив. Счастье бывает разным. Бывает, что это просто состояние души, а бывает – что это окружающая тебя сфера. Бывает духовным, а бывает материальным, и никто не знает – что из этого более долговечное. Но сейчас Генри был счастлив. Счастлив от того, что он перебрался через все страхи и нервозы к легкому светлому чувству, от того, что все его проблемы уже оказались позади, а впереди – 1 минута неизведанности, перед неминуемым.

Генри вышел на балкон, закурил новую сигарету.

Прохладный воздух жужжал от движения ночного города, который пел свою песню всем жителям: и тем, кто спит, и тем, кто живёт именно сейчас. Куря эту сигарету, Генри подумал, что именно счастье заставляет его чувствовать себя живым. По телу пробежали мурашки, какие бывают от хорошей музыки, от нежного прикосновения девушки. 8 минут пролетели неописуемо быстро и тянулись бесконечно долго. Вдохнув ночной воздух, Генри понял, что от старой вязкой жизни его отделяли лишь 8 минут. 8 минут до конца света, и начала новой жизни.

21:19 

блять, хочу кому
чтоб проснуться через 8 месяцев дышащим трупом

14:29 

Мори шикарен

8 минут до конца света
в голове потухает последняя лампочка
все мои мысли в плавном движении
растекаются.
7 остановок сердечного клапана
6 сокращений мышцы дельтовидной
все как обычно. ничто не меняется,
так сильно мы к этому миру привыкли.
пол-десятка шагов отделяют от улицы
и 4 руки мне не поданных снятся
я помню все три мои "не проснуться"
я помню твои два видения счастья.
я помню улыбку - одну во вселенной
которые мне помогли
состояться.

@темы: (с)

20:32 

Господи, что за херня эта осень. Хочется вечность сидеть под гребаным дождем пока он до дыр будет бить каплями по и так замерзшим синим рукам. Я бы рассказала, да, как на медосмотре нас все школы считают укуренными дибилами с наташей, как я дважды облажалась, назвав его по другому родному имени. И как мне влом ей объяснять, что я ебать как люблю К. Но кто поверит, что 13летняя малолетка в свои чертовы 13 уже умеет любить? Смешно же. В общем я замерзла. И хочу туда, где тепло

20:08 

Дважды подряд обморок в школе и огромная царапина на спине. Ника молодцом

Бредоносцам.

главная